На выпускном вечере девочки хотят быть красивыми. Нет, это неправда. Девочка хочет быть самой красивой, потому что это не просто вечеринка, не просто повод нарядиться, это итоговый конкурс красоты среди своих, и победить в нем важно, чтобы начать новую жизнь не с чистого листа, а с высокого трамплина. И хотя на выпускном вечере девушки не дефилируют в купальниках, борьба разворачивается иногда куда более напряженная, чем на настоящем конкурсе красоты, а накал страстей уж точно бывает повыше. Экзамены сданы, многолетние битвы за популярность в классе выиграны или поиграны бесповоротно, поэтому остается только одно, последнее орудие – красота. Поэтому платье для выпускного вечера так важно.

Но женщина опасна мужскому миру. Может быть, опасна не так сильно, как хотелось бы думать некоторыми представительницам «коллегии стерв», но опасна. Скорее, не опасна даже, а неудобна. Женщина все усложняет, хочет большего, чем ей готовы дать, качает права, не дает покоя, пытается заставить делать противоестественное, изводит требованиями невозможного; не желает, к тому же, четко формулировать свои претензии. Догадайся, мол, сам. С женщиной лучше не пускаться в объяснения, победителем из этой тягомотины все равно не выйдешь. А выйдешь, окажешься виноватым. Ну их! Лучше – задобрить заблаговременно, чтобы не возникало повода для скандала. Восьмое марта – Международный день профилактики выяснения отношений. Ладно, не международный. Но в остальном – все так и есть.

Среднестатистической женщине кажется, что 8 марта – ее праздник. Она не думает, откуда он взялся, стоит ли его отмечать, имеет ли он к ней лично какое-либо отношение идейно и исторически. У нее праздник и ей нужно внимание. Среднестатистический мужчина не анализирует, правильно ли дарить женщине на 8 марта цветы, конфеты, абонемент в салон красоты или электромухобойку. Он знает, что это от него этого ждут, томится ленью и нежеланием оторвать задницу от офисного кресла, но преодолевает себя, как правило. Этот парный танец (ее ожидания – его действия) совершается не в связи с Кларой Цеткин или борьбой за равноправие, и оба танцора бы сильно удивились, зайди об этом речь.

Здесь мы никак не избежим темы фаст-фуда. Потому что блины стали российским фаст-фудом, и трудно сказать, к чему это приведет. С одной стороны, блин с начинкой – хотя и не диетическая, но вполне нормальная пища, не чипсы какие-нибудь, не кольца кальмара, не крабовые палочки. С другой – обесценивается блин, что ж ты поделаешь, если его можно купить на каждом углу, практически, в любое время дня и ночи. Девальвация налицо. Теряется сакральность. Но хуже, куда хуже уличных киосков, источающих блинный запах, замороженные полуфабрикаты. О, вот это настоящая профанация! Там по большей части, конечно, не блины, а блинчики, свернутые в ровные рулеты, блинчик – младший брат блина, возни с ним меньше. Начинки и сладкие, и мясные, и вегетарианские, и некоторые сорта даже вкусны, автор сам пробовал. Но картина все равно складывается печальная: если это, будничное, утратившее прелесть, блины (блинчики), какая такая особая радость в Масленице?

Поэтому Масленица (дословно – семь дней узаконенного обжорства) становится тяжким испытанием для всех, кто не чужд традиций. Поститься большинство из отмечающих Масленицу даже не собирается, поэтому стимул «наесться вперед» не может быть оправданием. Оправдание другое: Масленица же! Как не поесть блинов, да с начинками, когда тетя-мама-теща-свекровь-коллега-повариха в столовой-специалисты компании «Теремок» полдня возились с ними? Мучительно хочется блинов, друзья, и никакие сдерживающие факторы не работают. Масленица, конечно, праздником желудка не исчерпывается, есть же еще и культурная программа. Русский карнавал, в конце концов. Но если спросить людей на улице, что для них Масленица, вряд ли кто вспомнит про скоморохов, песни, пляски, уличные представления и ряженых. Все это, увы, выглядит анахронизмом или отдает официозом (иногда – оба пункта), а вот блины как были актуальны в древности, так и до сих пор отказаться от них нет никакой возможности.

Формально мы празднуем Масленицу, Новый год, государственный праздник, но в сущности – радуемся тому, что когда-то родились и пока живем. Эта идея кажется более стоящей, и ты начинаешь улыбаться соседям по давке. Но тут тебя, мизантропа-интроверта, происходящее начинает раздражать: ты понимаешь, что ты тут один такой умный. А все они, категорически согласные с бытием, даже не подозревают, что делают здесь. Ты представляешь, как женщина, с довольным видом шагающая по левую руку от тебя, будет нагло и с преувеличенным интересом смотреться в зеркало пудреницы вместо того, чтобы дать тебе наконец вразумительный ответ по поводу списка документов, которые необходимо предоставить с ЕИРЦ. А мужчина, запивающий блин каким-то даже чересчур невинным морсом, к вечеру напьется и будет всю ночь долбить ботинком в железную дверь соседей с третьего этажа. Чужие, чужие люди. И если они тебе братья, так что –  ведь и родственники бывают космически от друга далеки, с годами переставая встречаться даже по случаю дней рождения.

Дед Мороз и Снегурочка прилюдно играют в карты (в шарады, шашки, нарды, алкошашки, русскую рулетку, бильярд) на продвинутое раздевание, то есть, обмен деталями одежды. Скажем, Снегурочка выигрывает, Дед Мороз отдает ей свою шапку, она ему – свою, то же самое происходит в случае выигрыша Деда Мороза, не имеет значения, кому везет, все равны потому что. Игра идет до полного обмена костюмами, желательно, чтобы составных частей было побольше, чтобы затянуть процесс. Зрители, а их может быть строго до тысячи, все время перфоманса должны хранить полное молчание. Если кто-то из них издаст любой звук, вплоть до чиха или чего-то еще более физиологического, игра начинается с начала. Возможны варианты межвидового взаимодействия: Снегурочка – человек, а Дед Мороз – кошка. Только не связывайтесь с насекомыми, им трудно подобрать хорошо сидящий костюм, плюс – они являются переносчиками особо опасных инфекций, то же касается крыс. Если боитесь не найти общего языка с кошкой, можно заменить ее человеком низкого роста и небольшого веса, с волосатыми ногам и руками.

Дедушка Мороз, хочется сказать, пожалей синоптиков! Принеси им подарок – научи предсказывать погоду. Оборудуй их обитель каким-нибудь радаром, которого свет не видывал, пошли им узконаправленный дар предвидения, сделай что-нибудь, чтобы в новом году нам ними не смеялись! Помочь тут может только чудо, а Дед Мороз по чудесам вроде как специалист. А морозы мы переживем, и слякоть тоже, если надо – выйдем помогать тебе, Дед Мороз, тебе, Снегурочка, проехать на санях по мокрому асфальту. Сами впряжемся, чего там. И не такое бывало в жизни!

С Дедом Морозом более или менее понятно, точнее, с его костюмом: он человек уже пожилой, в сознании людей его образ достаточно консервативен. А вот костюм Снегурочки вызывает массу вопросов: должна ли она быть такой же традиционной, в шубе до полу, целомудренной и ориентированной исключительно на детское восприятие, или отвязной, немного хулиганской, даже, страшно сказать, сексуальной? К единому мнению по поводу костюма Снегурочки, конечно, прийти не удастся, но мы ведь не стремимся здесь что-то раз и навсегда решить. Интересно услышать спонтанные мнения людей, не задумывавшихся об этом глубоко прежде. Вопрос не самый важный на свете, но Снегурочкам-то что делать? Надо определяться с костюмом, а народ безмолвствует. Поможем им! Итак, какой костюм Снегурочки кажется вам более правильным: традиционный или провокационный?

Новый год-2010 большинство россиян собирается встречать дома. Что и не странно, учитывая традиции встречи Нового года в нашей стране: Дед Мороз и Снегурочка сами по себе, праздничный стол – сам по себе, и желательно, чтобы он стоял где-нибудь недалеко от телевизора, а сидели за ним родственники. Максимум – друзья, но очень близкие или очень потерянные именно в этот вечер: приютить одинокого человека, которому не с кем и негде встречать Новый год, – святое дело, почти священная обязанность. Встречать Новый 2010-й год 51% жителей России планирует именно в такой обстановке: близкие, еда, телевизор, может быть, фейерверки во дворе. 3% опрошенных намерены отправиться встречать Новый год-2010 за границу, 5% - просто в другой город, а еще 5% разъедутся по домам отдыха. Опрос провел Исследовательский центр рекрутингового портала SuperJob.ru, участие в нем приняли 4 800 респондентов.

Собственно, одной наряженной елки хватает и на Новый год, и на Рождество, поэтому выходит даже экономически выгодно. Конечно, к Рождеству граждане немного устают праздновать, но тут включается фактор «чистоты»: даже очень далекие от христианства люди ощущают, что праздник Рождества – светлый, что каким-то образом выделяет его из череды похожих один на другой дней обжорства и алкогольных излишеств (так называемая ночь с 31 декабря на 6 января). Просветление наступает не совсем понятным образом, но главное ведь тут – ощущение. Все эти дни собирались просто так, по инерции удачно встреченного Нового года, а теперь повод другой, духовный: Рождество. Некоторые даже рискуют завернуть в церковь, следуя примеру первых лиц государства: по телевизор же показывают, и видно, опасности никакой. Что мы теряем – ничего мы не теряем, почему бы и не попробовать, хуже не будет, но может стать лучше – а вдруг. Говорить о чужой религиозности с раздражением означает выдавать собственную неуверенность, неуспокоенность в этом вопросе. Однако есть интересные данные: согласно исследованиям 2003-2005 гг., проведенных кафедрой религиоведения МГУ, взгляды россиян совершенно парадоксальны. Сплошь и рядом сочетание декларируемой принадлежности к православию и неверия, например, в воскресение Христово и в загробную жизнь. С другой стороны, хватает и относящих себя к атеистам, но посещающих православные храмы, на вопрос о целесообразности этого отвечающих – ну как же, Бог ведь есть. Хотя я неверующий.

Новый год становится главной темой всех разговоров, ключевым моментом в построении планов, отправной точкой и конечной целью. Празднование Нового года – традиция, которую вряд ли поняли бы инопланетяне: чему, спрашивается, радуются эти существа? Еще 365 дней безвозвратно прожиты? Так разве хорошо это? Ладно, дальше. Новый год наступает? И что? Кто-то обещал, что он будет лучше или хотя бы не хуже предыдущего? Нет. Но земляне по натуре противоречивы: они и жалеют о прошлом, и провожают его с облегчением, и боятся будущего, и надеются на наступление «лучших времен», хотя ничто его не предвещает. Легкое отношение к празднованию Нового года отражает степень увлеченности человека игрой со временем, игрой, где победитель ясен с самого начала, и это, увы, не человек. Быть бессмертным и ощущать себя бессмертным – не одно и то же. Один из глобальных неврозов современной цивилизации, порожденный отрицанием смерти, изгнанием этой темы из числа пристойных, заставляет выбирать будущее в противовес прошлому. Несмотря даже на то, что в будущем каждое существо гарантированно ожидает конец, будущее – неизвестная зона. Новый год – символ будущего, в основе представлений о котором лежит недальновидный оптимизм, граничащий то ли с мудростью, то ли со слабоумием. На самом деле, оптимизм может быть проявлением как одного, так и второго, поэтому важно разбирать каждый случай в отдельности.

Во Франции, в городе Шалиндре, пройдет крупномасштабный слет ведьм. Состоится это событие в так называемой «Точке Дьявола», Fort du Cognelot. В средневековье город был центром охоты на ведьм, а теперь вот ведьмы, ну, так сказать, сочувствующие, собираются там совершенно легально, ни от кого не прячась, ничего не стыдясь. Но только в ночь на Хеллоуин, 31 октября. Fort du Cognelot планирует принять несколько тысяч участниц фестиваля, в программе которого, помимо костюмированного бала с танцами, просмотр отборных фильмов ужасов.

Если перед Новым годом и некоторое время после него совершенно нормальным считается ходить в красно-белых шапках Деда Мороза, то у Хеллоуина другие герои и другие приметы. По городу начинают передвигаться девушки в ведьминских шляпах, из-под которых свисают зеленые, красные, иссиня-черные волосы. Костюмы на Хеллоуин очень разнообразны, однако, люди тянутся к привычному: ведьмам, скелетам, вампирам (но это в большей степени макияж, чем костюм, хотя идеально белая манишка и черный плащ пока еще ни разу не повредили имиджу вурдалака). В прошлые годы популярны были пираты (по следам «Пиратов Карибского моря»), но сегодня образ пирата несколько поблек. Наверное, многочисленные вести о Сомалийских товарищах, захватывающих мирные суда, подпортили имидж продолжателей дела капитана Флинта – как вы думаете, почему? Потому что все они ходят в тренировочных штанах и интернациональных растянутых футболках. Какой вообще смысл быть пиратом в наше время, если так одеваться? Тьфу. Нет, если уж выбирать пиратские костюмы на Хеллоуин, то все должно быть красиво: Джек-воробей, пусть и выдуманный персонаж, но он хотя бы не позволял себе ходить на работу в трениках. Должен же быть какой-то пиратский дресс-код, в самом деле. Серьезная же профессия.

Накануне самого карнавального праздника из имеющихся, Хеллоуина, представители прогрессивного человечества погружаются в поиски образа. Кому какой костюм на Хеллоуин подойдет – вопрос достаточно тонкий, тут надо учитывать характер, внешность и тайные устремления. Это ведь возможность проявить недопроявленное, реализовать подавляемое, избавиться от жмущих, как неудобная одежда, страхов и сорвать предохранители. Костюм на Хеллоуин, или как еще иногда пишут, Хэллоуин, многие предпочитают соорудить самостоятельно. И ведь есть же мастера, иногда на выходе получается настоящий Haute Couture, не меньше. Но большинство все-таки прибегает в этом вопросе к помощи профессионалов: в конце концов, пренебрегать плодами деятельности целой индустрии ужасов – крайнее проявление антиглобализма, на которое не каждый способен. Мы задали людям на улице очень простой вопрос: каким будет ваш костюм на Хеллоуин-2009?

Хеллоуин в России – не меньше, чем Хеллоуин в западных странах, где он укоренен. Нет, не меньше, он просто другой. И нет смысла зацикливаться на атрибутах Хеллоуина: тыква не обязательна, trick-or-treating – вряд ли возможно, не поймут. У нас есть шанс написать собственный сценарий Хеллоуина, раз уж нам этот праздник, Хеллоуин, нравится, и мы не живем в какой-нибудь Америке, где все ходы прописаны предыдущими поколениями. Голоса противников заимствований любого рода слышны всегда, обращать на них внимание вряд ли стоит. Взаимопроникновение и взаимовлияние культур неизбежно, и это происходило всегда, просто в прежние времена обмен информацией шел в сотни, тысячи раз медленнее, так как коммуникации не были развиты так сильно. Если праздник Хеллоуин к нам все-таки пришел, мы должны его ассимилировать. Нет, должны – это плохое слово. Скажем иначе: почему бы нам не ассимилировать Хеллоуин, не сделать его нашим? Например, черпая вдохновение в литературе.

Считалось, что на Хеллоуин эльфы любят оседлать домашних котов и покататься на них, поэтому вредные граждане котов запирали, как бы чего не вышло. Детям в связи с Хеллоуином запрещалось сидеть в кольцах их белых и желтых цветов – облюбованных нечистью для танцев. Эльфы и вся эта компания с охотой похищала зазевавшихся детей, и поминай, как звали. Также ни в коем случае не стоило располагаться под кустом боярышника – чтобы не злить эльфов. Боярышник им тоже почему-то нравился особо, непонятно, чем именно, учитывая неприятный запах, исходящий от его цветов. Может быть, в Британии он пахнет иначе? Или эльфы наслаждались им только осенью, в пору Хеллоуина, когда цветов уже и след простыл.

«Майкл Джексон умер» звучит как «Умер Дед Мороз». Никто никогда не задумывается о тяготах жизни Деда Мороза, о том, что он уже старый, что у него, наверное, давление и сердечная недостаточность, ноги отекают и одышка. И совсем не потому, что Деда Мороза не существует. Это как раз не имеет значения, важное другое: Дед Мороз был и будет всегда, он не заболеет, не впадет в кому и не умрет. Снегурочке никогда не придется принимать решение, продлевать ли жизнь Деда Мороза искусственно, или гуманнее отключить его от аппарата ИВЛ. Такое же ощущение, не формулируемое, подспудное, сложилось и вокруг фигуры Майкла Джексона. Он был всегда, его можно было ругать, веря слухам и наветам, в нем можно было сомневаться (да какой он король, вот Элвис – это да), ужасаться тому, что он с собой сделал (во что он превратился?). При одном непременном условии – Майкл Джексон должен был быть всегда, да и куда он мог от нас деться! Человек без возраста (кто мог подумать, что ему было пятьдесят?), человек с чужим лицом, с инопланетной пластикой. Поверженный супергерой.

За годы, прошедшие с момента, когда московским школам была дана настоятельная рекомендация не отмечать Хеллоуин ни в каком виде, и почти все они в ужасе повиновались, образ школьного Хеллоуина несколько подзабылся. Бушует не имеющая конца общественная дискуссия о том, как вредна и противна традиция, пришедшая из страны без традиций – Америки, и насколько сатанинским является этот несчастный праздник. Всякий раз накануне Хеллоуина разговор начинается с начала, слушать все это с каждым годом становится все менее и менее интересно, потому что все уже сказано, позиции сторон предельно ясны.

Все меньше вопросов вызывает у наших соотечественников название праздника Хэллоуин, произошедшее от All Hallows Eve, то есть, канун Дня Всех Святых, – привыкли. Объективно говоря, большего винегрета из традиций, чем Хэллоуин, представить невозможно: все вперемешку. Но результат симпатичный, хоть и вызывает негодование у ангажированных представителей любой из заинтересованных сторон. Например, фонари из тыквы. Красивая (если руки – не крюки и растут из правильного места) штука! Делать ее несколько муторно, выдалбливание может занять довольно много времени и превратить кухню (но лучше кухню, чем гостиную ил спальню) в черт знает что. А результат того стоит, всякий, кто пробовал, подтвердит. Но возникает вопрос:  почему тыква? И зачем мучить себя и других, буквально заваливая пространство ошметками, когда современные технологии онлайн-продаж позволяют приобрести источник света, будь то фонарик, торшер, настольная лампа или люстра, через интернет, не вставая с дивана?