Костюм скелета на Хеллоуин – один из самых популярных, классических. Он входит в традиционный «пул»: привидение, зомби, скелет, вампир, ведьма. Но поп-культура упорно делает из страшного забавное, «прикольное», поэтому изображения черепов и скелетов в целом давно перешли из разряда чисто хеллоуинских в разряд повседневных. Сумки с черепами, кеды с черепами, майки с черепами. Пару лет назад черепа даже огламурились, застразились, но потом быстро вышли из моды в таком виде. Но Хеллоуина это не касается. >>>

Но есть праздник, по поводу которого «громко плачут зверь и пташка», 1 сентября, День знаний. Первоклассники, конечно, праздник этот ощущают, а вот что касается остальных детей и взрослых, чья жизнь завязана на школьном цикле, тут все гораздо сложнее. Начало учебного года дается тяжело как ученикам, так и учителям, и настроения праздновать нет ни у кого. Но одни заваливают других букетами, все шумно, суматошно, все нарядные. Чей-то папа, наверное, даже получает индульгенцию на «выпить в честь 1 сентября». Но вообще-то 1 сентября знаменует начало бесконечного, как кажется в детстве, учения, светлыми пятнами в котором могут быть признаны выходные и каникулы. Чему же тут радоваться? >>>

Утомительные шутки и аналогии с фильмом «Мгла» сделали эту мысль неоригинальной очень быстро. Но ужас, пережитый москвичами в начале августа, вполне сравним с классическим, из триллеров. Чем не Хеллоуин – смог (это очень мягкое определение, смог кажется довольно безобидной штукой в сравнении с дымом торфяных и лесных пожаров) и люди в масках, страх надышаться отравляющими веществами и страх вписаться в статистику смертей. «Город вымер», припечатывали одни, отдышавшись после поездки на работу. «А этим – все нипочем», со смесью зависти и возмущения восклицали другие, имея в виду катающихся на роликах по Поклонной горе крепышей. Крепыши не боялись разбиться на своих роликах вдребезги по причине почти нулевой видимости, как, впрочем, не боялись они вообще ничего. >>>

Люди,  категорически заявляющие что-то вроде «люблю блондинок» или «не люблю блондинок» производят несколько идиотическое впечатление. Обобщение «блондинки» слишком условное, это раз, блондинки разные бывают, от натурально-русых до обесцвеченных перекисью водорода. Во-вторых, увязывать привлекательность человека с цветом его волос, как минимум, странно.  Так мало от него зависит! В конце концов, волосы и перекрасить можно. В-третьих,  стереотипная блондинка – образ и комичный, и почетный, и оскорбительный. Смотря кто о блондинках говорит и с какой интонацией.  Анекдоты про блондинок не смешны по определению, не потому что дискриминационны, а потому что неспецифичны. Блондинка в них – тот же дурень-младший брат из сказок, только женского пола и симпатичный. Или чукча.   >>>

При всем стремлении к оригинальности, давно ставшим общим местом поп-культуры, большинство настоящей оригинальности совершенно не приемлет. Потому как, если смотреть правде в глаза, причесанное, прилизанное, вписанное в модный контекст, социально удобное и не вызывающее отторжения с первого взгляда не является и не может являться оригинальным. Это своего рода лубок, адаптированный вариант стихии. Как только что родившиеся котята или вылупившиеся птенцы не вызывают умиления, потому что не пушисты, отечны и пугающе неустойчивы в плане жизнеспособности, утягивают в небытие, из которого только что пришли, так и настоящая оригинальность не может быть удобной окружающим. Прорыв, необходимый для перехода не следующий уровень, всегда травмоопасен, от него остается боль, ссадины и много строительного мусора. >>>